22 December 2021

Принят закон о биометрической идентификации и расширении внесудебных блокировок

Госдума снова замешала в одном документе малосовместимые поправки — в одной части документа предлагается запрещать ссылки с поддельными документами, с сообщениями о лжеминированиях, с оправданием осуществления экстремистской и террористической деятельности, в другой части говорится о размещении россиянами своих биометрических данных в единой биометрической системе и их обработке госорганами.

Под конец года Государственная дума приняла очередной «правовой винегрет», в котором депутаты умудрились срастить внесудебные блокировки и биометрическую систему данных. В законопроекте №986111-7 изначально содержалась только поправка, расширяющая полномочия Генеральной прокуратуры по блокировке «экстремистского» контента, но ко второму чтению он оброс таким количеством поправок, что читать его без помощи чиновничье-русского словаря не представляется никакой возможности. Но мы попробовали и у нас вроде бы получилось.

Во-первых, в документе видна умелая рука главы инфокомитета Госдумы Александра Хинштейна, который уже не впервой создаёт с помощью коллеги по фракции «Единая Россия» Сергея Боярского правовые гибриды, вмещающие в себя малосовместимые по смыслу поправки. Естественно, о следовании идее, приведённой в пояснительной записке, речи уже вообще не идёт.

Во-вторых, принятый закон в СМИ снова подаётся очень однобоко и в позитивных тонах, хотя суть у него гораздо более глубокая и, стоит признаться, внушающая опасения. Но обо всём по порядку.

 

Как мы уже говорили выше, изначально группа депутатов во главе с Василием Пискарёвым решила распространить внесудебные блокировки не только на информацию с призывами к массовым беспорядкам и осуществлению экстремистской деятельности, но и информации, содержащей обоснование или оправдание осуществления экстремистской или террористической деятельности. То есть блокировать не только сами призывы, но и информацию, которую можно расценивать как «оправдание» такого призыва (вспоминаем кейс Светланы Прокопьевой).

Ко второму и третьему чтениям в законопроект добавились требования блокировать ложные сообщения об актах терроризма, предложения о приобретении поддельных документов, а также информацию об организации, деятельность которой запрещена на территории РФ.

«Доступ к ресурсам с подобными предложениями будет ограничиваться по решению генерального прокурора или его заместителей. Такой же порядок вводится для сайтов с ложными сообщениями о терактах и с оправданием либо обоснованием террористической деятельности», — рассказал Хинштейн.

Удивительным кажутся сообщения в СМИ, что дело касается блокировки сайтов с ковид-сертификатами. На самом деле, Генпрокуратура сможет ограничивать доступ к любой информации о приобретении документов, «предоставляющих права или освобождающих от обязанностей».

Но, конечно, главная опасность в блокировке «оправдания оправдания», поскольку это может коснуться даже просто рассуждений об экстремизме и терроризме, а также аналитики и журналистских расследований на соответствующую тематику.

Александр Хинштейн отметил, что теоретически это могут быть публикации Фонда борьбы с коррупцией, который государственные органы России признали экстремистской организацией (и потом запретили его деятельность в стране).

В беседе с «Ъ» старший партнёр проекта «Сетевые свободы» Станислав Селезнёв напомнил, что сейчас такой статус не влечёт автоматического запрета распространяемой организацией информации. По поводу каждой публикации прокуроры обязаны обращаться в суд и доказывать, что сообщения экстремистские. Авторы материалов в свою очередь имеют право возражать и добиваться отмены запрета.

По новым правилам прокуратура получит возможность автоматически блокировать не только материалы экстремистских организаций, но и любой их репост, опубликованный без критического комментария, считает Селезнёв.

Кроме того, по его мнению, определение экстремистской деятельности в действующем законе настолько расплывчато, что под него может подпасть любое резкое высказывание. Не случайно количество привлеченных к ответственности за разжигание вражды (ст. 20.3.1 КоАП) все время растёт, добавляет эксперт: в 2019 году их было 383, в прошлом — уже 757, а в 2021-м, по предварительным данным, оно может достигнуть тысячи человек.

Ведущий юрист «Роскомсвободы» Саркис Дарбинян замечает, что законодательные новеллы во многом лишь подтверждают уже сложившуюся практику. Например, в 2020 году после массовых сообщений о минировании были заблокированы почтовые сервисы Startmail.com и ProtonMail.com, с которых шла анонимная рассылка, и они остаются заблокированными до сих пор.

Судя по отчетам Роскомнадзора, материалы запрещённых террористических и экстремистских организаций и сейчас массово блокируются во внесудебном порядке — по так называемому закону Лугового, подтверждает директор информационно-аналитического центра «Сова» (внесен Минюстом в реестр иностранных агентов) Александр Верховский. Видимо, закон просто решили привести в соответствие со сложившейся практикой, констатирует эксперт, и, возможно, она даже будет расширена, в том числе за счёт такого загадочного понятия, как «оправдание терроризма», которого нет в Уголовном кодексе. Но если законодатель всё-таки собрался его применять, то хорошо бы дать какое-то объяснение этого понятия, резюмирует Верховский.

Медиаюрист «Роскомсвободы», адвокат Екатерина Абашина уверена, что ни к каким положительным результатам новые поправки не приведут:

«Похоже, что законодательная стратегия — это точечно запрещать какие-то определённые категории информации, которые кто-то считает опасными. Но проблем-то это не решает. Вряд ли эти меры будут эффективны в борьбе с сообщениями о лжеминированиях. В прошлом году по требованию Генеральной прокуратуры заблокировали несколько почтовых сервисов. На примере кейса StartMail мы увидели, что поводом как раз стали ложные сообщения о минировании судов, госучреждений, которые кто-то рассылал с нескольких почтовых ящиков. Сервисы заблокировали без права восстановления доступа, а "спамера" не нашли (в рамках обжалования блокировки StartMail об этом госорганы не сообщали)».

 

 

Почему-то в своих отчётах депутаты ничего не сказали о том, что вносятся изменения в федеральный закон 479-ФЗ, касающийся использования биометрических данных, а ведь этому посвящена огромная часть законопроекта. Как мы уже говорили выше, данная поправка появилась уже ко второму чтению и была в очередной раз пришита белыми нитками к вообще мало связанной с персональными данными темой внесудебных блокировок.

В документе сказано, что «Единая биометрическая система является государственной информационной системой» и положение о ней будет утверждено Правительством РФ. Законопроект устанавливает право физлиц, зарегистрированных в единой системе идентификации и аутентификации (ЕСИА) при задействовании российского оборудования размещать свои биометрические данные в единой биометрической системе с  применением пользовательского оборудования, имеющего в своем составе идентификационный модуль, если личность физического лица при таком размещении подтверждена с использованием документа, удостоверяющего личность гражданина Российской Федерации за пределами территории Российской Федерации, содержащем электронный носитель информации с записанными на нём персональными данными владельца паспорта, включая биометрические персональные данные.


Правительство по согласованию с уполномоченным в области безопасности федеральным ограном исполнительной власти и Центробанком устанавливает порядок такого размещения физическими лицами своих биометрических персональных данных в единой биометрической системе, включая требования к проверке размещаемых в единой биометрической системе биометрических персональных данных, а также случаи и сроки использования этих биометрических персональных данных.

Сказано о том, что госорганы могут использовать такие данные для идентификации и/или аутентификации, если это входит в их полномочия. При обработке таких данных необходимо обеспечить применение организационных и технических мер по обеспечению безопасности персональных данных, установленных в соответствии с частью 4 статьи 19 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных».

Саркис Дарбинян считает эту часть закона тоже направленной на цензуру и жёсткое регулирование цифрового пространства:

«Поправки, казалось бы, не имеют никакого отношения к системе блокировок и фильтрации. Но, если посмотреть глубже, можно понять планы наших законотворцев на ближайшие несколько лет. Государство сигнализирует, что биометрия — это теперь госмонополия. Любая работа с биометрией через онлайн-сервисы будет строиться через Единую биометрическую систему, которая отныне является государственной информационной системой. Очевидно, что государство переходит к следующему этапу, связанному с идентификацией всех граждан при помощи биометрии. Идея интернета по паспорту становится всё ближе. Государство сможет делать всё, что захочет».

«К третьему чтению законопроект превратился в интересную матрёшку, поскольку помимо положений об оправдании экстремизма в нём появились ещё нормы о биометрии, — заметил адвокат Станислав Селезнев, старший партнер проекта «Сетевые Свободы», — то есть почему-то данным документом решили протащить и систему биометрической идентификации. Логике юридической техники это не поддаётся. Один закон будет регулировать абсолютно две разные сферы: цензура в интернете с одной стороны и слежка с биометрией —  с другой».

«Учитывая, что положение о биометрической идентификации внесено в антиэкстремистский законопроект, может быть, депутаты намекают, что всех, кого заподозрят в экстремизме, будут искать через биометрическую систему? Только такая логика приходит в голову», — иронизирует он.

Такая юридическая «техника» говорит о сомнительности законодательного процесса, предусмотренного в России, считает Селезнёв:

«То, что законопроект может корректироваться от чтения к чтению, — нормально, но внезапно в третьем чтении увеличить документ в пять раз и дописать что-то совершенно не связанное с его первой версией — нонсенс. Это явный выход за пределы стандартного законотворческого процесса».


Обе части закона вступают в силу с момента их официальной публикации, кроме отдельных положений, касающихся биометрии.

Поделитесь материалом

Похожие статьи

Контакты

По общим вопросам

[email protected]

По юридическим вопросам

[email protected]

Для СМИ

+7 903 003-89-52