Свобода интернета внесена в список угроз для РФ?

Владимир Путин утвердил новую Стратегию национальной безопасности, где в число привычных уже для россиян угроз внесены деятельность иностранных IT-компаний, криптовалюты, несогласованные акции протеста, очень витиевато обозначен в документе обход блокировок, также в перечне онлайн-опасностей власти видят анонимность и низкий уровень «имортозамещения».

Президент РФ Владимир Путин подписал новую версию указа о Стратегии национальной безопасности России. «Новая стратегия развивает идеи предыдущего варианта, который появился 31 декабря 2015 года, — отмечает «Медуза». — Уже тогда Путин провозгласил идею о том, что Россия находится в кольце врагов, которые стремятся ущемить ее различными способами — от военного давления до распространения в России экстремистских идей».

Согласно новой стратегии, в России будут бороться с людьми, которые распространяют культурное и этическое влияние Запада. Ученым предлагают работать, сотрудничая с оборонным комплексом, а за иностранными специалистами будут следить силовики — для «противодействия незаконной передаче российских технологий и разработок за рубеж».

Составители документа призывают контролировать иностранные инвестиции, уменьшить международные расчеты в долларах, снизить зависимость от импорта и постепенно избавить экономику от нефте-, газоводобывающей зависимости.

В будущем Россия представляется (по стратегии) как «влиятельный центр современного мира», который развивает и поддерживает свои «духовно-нравственные ценности». Среди этих ценностей названы права и свободы человека, патриотизм, коллективизм, высокие нравственные идеалы, крепкая семья и другие. Указывается, что необходимо защитить российское общество от «внешней идейно-ценностной экспансии и внешнего деструктивного информационно-психологического воздействия».

Особое место в стратегии уделено информационной безопасности и интернету, в котором, судя по всему, власти тоже видят некую угрозу — по крайней мере, пока он окончательно не взят ими под контроль.

По мнению авторов документа, некие «деструктивные силы за рубежом и внутри страны принимают попытки использования объективных социально-экономических трудностей в РФ» с целью стимулирования самых разных негативных процессов, в том числе «манипулируя в информационной сфере». Здесь же возлагается вина на иностранные соцсети, якобы они стали рупором для фейк-ньюс и несогласованных митингов:

«Для распространения недостоверной информации, организации незаконных публичных акций широко используются возможности глобальных интернет-компаний».

Также в документе говорится, что международные террористические и экстремистские организации ведут пропагандистскую работу, вербуя граждан, создавая на территории России законспирированные ячейки и вовлекая в противоправную деятельность молодёжь.

Для достижения безопасности Стратегия среди прочего декларирует недопущение вмешательства во внутренние дела РФ, на одну ступень поставлены здесь разведовательные службы и просто иностранные организации. Также в череде того, что необходимо не допустить, обозначены «цветные революции».

Одним из пунктов идёт пресечение и предупреждение правонарушений с помощью информационно-коммуникационных технологий, в том числе — использование в противоправных целях цифровых валют.

В посвящённой информационной безопасности части текста современные технологии и, в частности, интернет представлены исключительно с точки зрения жёсткого регулирования, поэтому их современное состояние в тексте характеризуется не как благо, а скорее как угроза государству.

«Быстрое развитие информационно-коммуникационных технологий сопровождается повышением вероятности возникновения угроз безопасности граждан, общества и государства», — сказано в документе.

Авторы документа увидели опасность в «расширении использования информационно-коммуникационных технологий для вмешательства во внутренние дела государств, подрыва их суверенитета и нарушения территориальной целостности».

В Стратегии отмечена тенденция увеличения компьютерных атак на российские информационные ресурсы. Подчёркивается, что большая их часть была совершена с территорий иностранных государств, а РФ в своих предложениях о международной кибербезопасности якобы встречает:

«...противодействие со стороны иностранных государств, стремящихся доминировать в глобальном информационном пространстве».

Иностранные спецслужбы, заявляют авторы Стратегии, активизировались в части проведения разведовательных и других операций в российском информационном пространстве, а вооружённые силы этих держав стараются вывести из строя объекты критической информационной инфраструктуры (КИИ) РФ.

Весьма витиевато в документе сказано о бессилии властей в блокировке запрещённой информации, и с инструментами обхода запретов они пока ничего не могут сделать. Для весомости собственной аргументации авторы Стратегии говорят о том, что это касается распространения недостоверной информации, в том числе — об угрозе совершения терактов (так называемые "лжеминирования"). «В интернете размещаются материалы террористических и экстремистских материалов, — говорится в тексте, — призывы к массовым беспорядкам, осуществлению экстремистской деятельности, участию в массовых (публичных) мероприятиях, проводимых с нарушением установленного порядка, совершению самоубийства, осуществляется пропаганда криминального образа жизни, потребления наркотиков и психотропных веществ, размещается иная противоправная информация». Ну и, конечно, авторы в очередной раз апеллируют к молодёжи, на которую, по их мнению, прежде всего направлено такое деструктивное влияние.

Не обошли своим вниманием авторы документа нежелание иностранных соцсетей удалять материалы оппозиционного характера, а также модерацию ими контента, размещаемого российскими провластными СМИ. По их мнению, транснациональные компании «стремятся закрепить своё монопольное положение в интернете и контролировать информационные ресурсы», что сопровождается:

«...введением такими корпорациями (при отсутствии законных оснований и вопреки нормам международного права) цензуры и блокировкой альтернативных интернет-платформ. По политическим причинам пользователям сети "Интернет" навязывается искажённый взгляд на исторические факты, а также на события, происходящие в Российской Федерации и в мире».

Анонимность, по мнению авторов, облегчает совершение преступлений, расширяет возможности для легализации добытых незаконным путём  доходов, помогает в финансировании терроризма, распространению наркотиков и психотропов.

Кроме этого, низкий уровень «импортозамещения» повышает уязвимость российских информационных ресурсов, включая объекты КИИ, при воздействии из-за рубежа.

Как видим, в документе чувствуются отголоски уже принятых в последние два года законов, которые можно охарактеризовать как изоляционистские и усиливающие цензуру. Скорее всего, описанные в нём цели, которых ещё не удалось достичь, будут потом реализованы в новых законах и подзаконных актах.

В Стратегии предлагается принять меры по укреплению суверенитета РФ в информационном пространстве. Как заметила «Медуза», в документе описан широкий спектр не вполне конкретных мер — от «развития сил и средств информационного противоборства» до «совершенствования средств и методов обеспечения информационной безопасности на основе применения передовых технологий, включая технологии искусственного интеллекта и квантовые вычисления» и «доведения до российской и международной общественности достоверной информации о внутренней и внешней политике РФ».

 

UPD 6.07.2021. У «Новой газеты» вышел большой аналитический материал на тему Стратегии. Издание предполагает, что под «корпорациями-монополистами» российские власти предполагают Google, Facebook, Twitter и также подметило - все эти пункты так или иначе перекликаются с действиями российских властей по отношению к крупным IT-компаниям в последний год:

«Напомним, что с марта этого года Роскомнадзор замедляет работу "Твиттера" (с мая замедление происходит только на мобильных устройствах). Позже РКН пригрозил замедлить Facebook и YouTube из-за противоправного контента (однако счел эти действия преждевременными). А во время зимних протестов в поддержку политика Алексея Навального ведомство требовало от TikTok и других соцсетей заблокировать призывы к массовым протестам среди школьников».

«Новая» обсудила с экспертами, что означает включение угроз со стороны интернета в стратегию национальной безопасности России, как это отразится на политике государства в сфере интернета, а также является ли документ анонсом новых репрессий по отношению к социальным сетям.

Руководитель общественной организации «РосКомСвобода» Артём Козлюк напомнил о целях, которые ставились властями ещё во время принятия закона 90-ФЗ:

«Еще когда создавался закон о «суверенном интернете», предполагалось, что проникновение <в интернет-пространство> какой-либо информации, которая не находится под контролем российских органов власти, может являться угрозой национальной безопасности. Так что, агрессивные пункты этой стратегии неудивительны и в целом ложатся в тренд государства на агрессию по отношению к интернет-пространству и коммуникациям.

Наше государство акцентирует свое внимание на интернете не как на инструменте прогресса, созидания, обмена информации, а как на инструменте пропаганды, политизации, распространения западного влияния и т.д.

Конечно, под каждый пункт стратегии можно что-то подтянуть. Когда создавали тот же закон о блокировках сайтов, власти пугали людей тем, что <в интернете> дети могут столкнуться с порнографией, призывами к суициду и с продажей наркотиков. Никто не будет отрицать, что в интернете, как и в реальном мире, эти угрозы существуют. Только методы противодействия преступникам в данном случае неадекватны, неэффективны и приносят больше угроз формированию гражданского общества. Они нарушают права и свободы на доступ к информации, на тайну связи, на защиту личного пространства. Стратегия продолжает тренд перехода к безопасности без соблюдения ключевых базовых прав и свобод человека».

«В стратегии власти пишут, что нужно установить среду достоверной информации, но кто будет определять достоверность информации? — подчёркивает эксперт. — Конечно, у общества есть много вопросов к международным IT-корпорациям: и к Twitter, и к Facebook, и к Google. На каком основании они удаляют информацию и блокируют контент?»

«Однако, на мой взгляд, такие вопросы надо решать в режиме саморегуляции, когда мы как общество будем сами вести диалог с IT-компаниями. Но когда на эту поляну конструктивного диалога приходит государство и начинает бездумно крушить, ломать и блокировать, становится хуже, и диалог нарушается. В случае России этот третий актор только вносит сумятицу. Конечно, к интернет-ресурсам есть вопросы, но нельзя называть их инструментом агрессии со стороны правительств и частью мирового заговора против России. Я не уверен, что этот документ легитимизирует репрессии против интернет-ресурсов, которые проводились последние полгода», — полагает Козлюк.

По его мнению, это микс из пугалок и страшилок, в котором искажено восприятие цифровой среды. Интернет почему-то представляется угрозой, а не средой. С таким же успехом можно жаловаться на электричество (с помощью него преступники ведь могут изготавливать оружие). «Такой документ родился из-за того, что акцент с положительного эффекта интернета сместился на его негативные стороны. Однако впоследствии все эти положения будут реализовываться, и контролировать это будут бенефициары, которые получат либо свои политические очки, либо коммерческую выгоду», — подытоживает Артём Козлюк.

Директор некоммерческой организации «Общество защиты интернета» Михаил Климарёв говорит, что документ имеет мало отношения к борьбе с интернет-ресурсами:

«Его значимость скорее в том, что здесь интернету предоставляется важная роль, а именно: он определен как источник угроз национальной безопасности. Фактически это декларация, в которой обозначены тезисы. На их основании впоследствии будут приниматься какие-то бюджетные решения или по развитию оборонных инициатив. Если посмотреть на стратегию 2015 года, там интернету уделялась куда меньшая роль — что свидетельствует о том, что сейчас для безопасности России власти считают интернет опасным. Даже первый пункт части „Информационной безопасности“ буквально говорит о том, что развитие интернета — это угроза».

Легитимизировать уже действующие ограничения по отношению интернета властям не нужно, полагает Климарёв. «Зачем нужна эта легитимация, если на все есть соответствующие законы: например, закон «о суверенном интернете» или «пакет Яровой». Этот документ просто подтверждает, что президент считает развитие интернета угрозой России, а дальше в документе идет набор стереотипов, которые технически и организационно просто абсурдны. К примеру, откуда они взяли, что большая часть кибератак идет со стороны иностранных государств, когда в мире происходит наоборот? Что такое российское информационное пространство, где происходят разведывательные действия? Шпионы читают сайт президента? Что означают все эти пункты, я не понимаю», — рассуждает эксперт.

«При этом некоторые пункты действительно хороши, — иронизирует директор ОЗИ. — Сложно не согласиться, что нужно обеспечивать конституционные права граждан при обработке персональных данных (8-й пункт 57-й статьи Стратегии)». Весь документ, считает он, состоит из противоречивых пунктов, которые потом отразятся на политике по отношению к интернету, при этом новых трендов здесь нет — «всё это мы уже видели очень давно».

Поделитесь материалом

Похожие статьи

Контакты

По общим вопросам

[email protected]

По юридическим вопросам

[email protected]

Для СМИ

+7 903 003-89-52