Соцсети начали год с бана Трампа: модерация, цензура, заговор или политика?

Анализируем прецедент и подводим итоги.
e025c6a9-f122-4b89-87c0-65b7bd175bdb

1

С чего всё началось?

3 ноября 2020 года в США состоялись президентские выборы, с результатами которых проигравший на них Дональд Трамп не согласился. 6 января, в день, когда результаты должен был утвердить Конгресс США, он провёл митинг

Во время мероприятия Трамп призвал сторонников пройти к Капитолию. Толпа двинулась к зданию парламента, окружила его, а потом и вовсе прорвалась внутрь. Во время возникших в результате этого беспорядков погибли несколько человек. Противники Трампа обвинили его в провоцировании этих беспорядков.

 

2

И что случилось дальше?

На произошедшее отреагировали многие, в том числе платформы соцсетей и другие ИТ-сервисы. Так, 

Twitter навсегда заблокировал личный аккаунт главы государства из-за риска «подстрекательства к насилию»;

Google удалил из Google Play Store приложение Parler, популярное среди сторонников Трампа и завоевавшее репутацию убежища для правых экстремистов и приверженцев теории заговора;

YouTube заблокировал аккаунт Трампа до конца его президентства, а также удалил загруженные им ранее видео;

— голосовой и видеомессенджер Discord забанил сервер The Donald, на котором общались сторонники Трампа;

— фотохостинг Pinterest ограничил использование хештэгов, поддерживающих Трампа, в частности #StopTheSteal — «прекратите воровство»;

Reddit заблокировал крупнейший сабреддит сторонников Трампа r/DonaldTrump;

— аккаунты Трампа в Facebook и Instagram заморозили минимум на две недели (до инаугурации Джо Байдена);

Telegram, видимо, присоединившись к мировому тренду, заблокировал как минимум 15 каналов, в которых общались американские экстремисты, а также пометил который якобы принадлежит Дональду Трампу, плашкой «мошенничество».

3

Гм, любопытный прецедент...

На самом деле предпосылки к этому, пожалуй, были давно. Напомним, в 2019 году Дональд Трамп написал ряд агрессивных твитов, где угрожал войной Северной Корее, а потом и Ирану, после чего Twitter ввёл новую политику в отношении мировых лидеров. Заключается она в том, что самые агрессивные твиты политиков лишаются лайков и обычных репостов (ретвитнуть можно только вместе с комментарием). 

Также в 2020 году соцсеть помечала посты Трампа как несущие недостоверную информацию и удаляла некоторые по причине якобы нарушения авторских прав.

4

Хорошо, а так вообще можно? Что это значит?

По поводу нынешних блокировок аккаунтов Трампа мнения людей по всему миру, как экспертов, так и обычных пользователей разделились. Кто-то посчитал это цензурой, кто-то, наоборот, свободой (компании могут забанить самого президента). Кто-то назвал модерацией контента, на которую частные компании имеют право независимо от права других на свободу слова. Кто-то считает, что свобода слова свободой слова, но к насилию призывать нельзя. Консенсуса по это вопросу нет.

Как бы то ни было, пожалуй, самое важное в этой истории то, что ИТ-корпорации имеют огромное влияние на общество и по уровню этого влияния практически сравнялись с государствами. А раз так, то они уже больше, чем просто частные компании и уровень ответственности у них должен быть соответствующий. 

 

5

К чему мы придём?

Различные государства, включая Россию, будут принимать меры, чтобы не допустить влияния интернет-корпораций на политику и возможность блокировать информационно ключевых прогосударственных фигур. Это, кстати уже происходит и в нашей стране: в декабре 2020 года вступил в силу закон «против цензуры» отечественных медиа со стороны зарубежных сервисов. А премьер-министр Польши Матеуш Моравецкий заявил, что сделает всё «для ограничения цензуры Facebook, Twitter, Instagram и других».

Корпорации, скорее всего, не оставят это без ответа.

6

Кстати, а как компании сами оценивают происходящее?

Facebook и Twitter оправдали свои действия «очень специфической ситуацией».

Глава Twitter Джек Дорси и вовсе открыто заявил, что, пусть он и не гордится блокировкой Трампа, но считает решение компании правильным:

«Мы столкнулись с исключительными и неприемлемыми обстоятельствами, которые вынудили нас сосредоточить усилия на том, чтобы обеспечить общественную безопасность. То, что высказывания в онлайне могут привести к нанесению вреда в реальной жизни — это очевидно. И это [понимание] движет нашей внутренней политикой».

Вместе с тем он признаёт, что «блокировка — это в конце концов наша неспособность содействовать здоровой дискуссии».

 

7

И что же делать?

Очевидно, что надо выработать международный общественный консенсус по поводу взаимоотношений между свободой слова и модерацией, влияния корпораций и государств, правами и обязанностями частных лиц и государственных чиновников.

В случае с корпорациями, статус которых на мировой арене пока не определён, взаимодействие с ними возможно через так называемое мягкое право (кодексы, декларации, рекомендации).

Часто звучало, что платформы не должны принимать решения единолично. Например, так считает Еврокомиссия.

Как варианты в качестве компромисса эксперты предлагают корпорациям принимать решения

— вместе со специальной комиссией, которая будет работать на принципах прозрачности и открытости, 

— или в соответствии кодексами этики, которые ещё предстоит выработать, 

— или хотя бы по решению суда. 

 

8

Что всё это значит конкретно для меня?

Пока мы можем только внимательно следить за изменениями политик и пользовательских соглашений корпораций и либо принимать их, либо нет (уйти с платформы или оспаривать её решения). Пусть корпорации и влияют на мир в глобальных масштабах, но наш выбор влияет тоже — на поведение корпораций.

Поделитесь материалом

Контакты

По общим вопросам

[email protected]

По юридическим вопросам

[email protected]

Для СМИ

+7 903 003-89-52