OONI: Больше цензуры — меньше приватности

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ «РОСКОМСВОБОДА» ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА «РОСКОМСВОБОДА». 18+
Интервью с директором по исследованиям OONI Maria Xynou о том, почему важно измерять уровень доступа к информации в России и как в этом можно поучаствовать.

Читайте сокращённое интервью с директором по исследованиям Open Observatory of Network Interference (OONI) Maria Xynou о том, почему важно измерять уровень доступа к информации в России и как в этом можно поучаствовать.

OONI — некоммерческий проект команды разработчиков, которые при помощи бесплатного программного обеспечения документируют интернет-цензуру по всему миру. В сотрудничестве с OONI в феврале 2023 года мы опубликовали исследовательский отчёт, документирующий случаи интернет-цензуры в России с января 2022 года по февраль 2023 года.

 

 

– Расскажите, пожалуйста, о причинах, побудивших вас основать проект OONI? И что он делает сейчас?

Проект был основан в 2012 году, хотя подобные идеи появились ещё в 2011-м. 2011 год, как вы знаете, был интересным временем, потому что на Ближнем Востоке прокатилась беспрецедентная волна протестов. И мы стали наблюдать усиление цензуры в Интернете, например, в Иране и Сирии разработчики The Tor Project заметили попытки заблокировать доступ к Tor. Пытаясь понять, как осуществляются блокировки, они начали разрабатывать определённый скрипт для измерения блокировок. Такие сценарии полезны, если скрипты смогут запускать люди по всему миру, в том числе удалённо. Вот так и родилась идея о том, что мы могли бы каждому человеку в любом уголке планеты дать возможность независимо измерять уровень интернет-цензуры.

После измерения блокировки Tor разработчики стали изучать другие формы блокировок, например, в то время в Египте также пытались заблокировать доступ к Twitter. Исследования новых форм цензуры в основном проводились в закрытой среде: с одной стороны, у вас есть технические научные работы, в которых рассматриваются очень конкретные случаи цензуры в конкретных странах, таких как Китай, с другой стороны, цензуру изучали, применяя социальные науки. Был невероятный проект OpenNet initiative, который работал по второму типу. Но для запуска этого инструмента всё ещё требовались добровольцы на местах. А сами необработанные данные не публиковались, поэтому провести независимое исследование цензуры в Интернете было невозможно. В результате мы задались вопросом о том, что если мы хотим противодейстовать интернет-цензуре по всему миру, то как нам для начала её исследовать? 

Интернет состоит из множества различных сетей по всему миру, и формы цензуры могут варьироваться от страны к стране. Как мы можем изучить их? Возникла идея предоставить бесплатные инструменты с открытым исходным кодом, которые любой человек может установить и запустить для проведения тестов в своей сети. Но тогда возникает вопрос: хорошо, все проводят этот тест, но как мы узнаем, что и где заблокировано в мире? Поэтому должен быть способ собрать результаты тестов от пользователей по всему миру и опубликовать их как открытые данные, чтобы все могли знать, что, когда, как и в какой стране блокируется. 

Так родилась OONi — первая структура, основанная на открытых методологиях и бесплатных программных инструментах с открытым исходным кодом, направленных на обнаружение интернет-цензуры и предоставление открытых данных, которые дают богатую техническую информацию о ней.

 

– Как вы видите развитие цензуры в 2023 году?

Цензура определённо сильно эволюционировала. Интернет изменился, цензура изменилась тоже. Она стала более продвинутой и изощрённой во многих странах. Например, мы всё чаще видим, как интернет-провайдеры внедряют фильтрацию на основе SSI или всё больше используют технологии DPI

 

– Какие виды цензуры может обнаружить ваш проект?

В интернете существует множество различных форм цензуры. Мы сосредоточились на цензуре на сетевом уровне: когда интернет-провайдеры блокируют доступ к определённым веб-сайтам и приложениям, чаще всего на основании правительственных распоряжений. И обычно у интернет-провайдеров нет выбора, потому что они должны соблюдать определённые лицензионные соглашения для того, чтобы работать. 

Мы предоставляем бесплатный программный инструмент под названием OONI probe, с помощью которого вы можете распознать различные формы интернет-цензуры. В частности, вы можете измерить уровень доступности веб-сайтов,  приложений для обмена мгновенными сообщениями (у нас есть тесты для WhatsApp, Facebook Messenger, Telegram и Signal) и инструментов обхода блокировок (Tor и Saigon). 

Кроме того, мы включаем тесты для измерения скорости и производительности Сети. Но существует множество других форм цензуры, например, цензура от крупных платформ социальных сетей, таких как Facebook или YouTube. Но эти формы цензуры в основном осуществляются внутри платформы, так что их изучение не входит в сферу нашей деятельности. 

 

– Пользователь сам выбирает, что измерять, или это происходит автоматически? Есть ли различия по странам?

Пользователи определённо могут выбирать, что измерять. И для нас, учитывая, что запуск инструмента для измерения цензуры может быть потенциально рискованным, очень важно, чтобы у пользователей было как можно больше выбора в отношении того, что они тестируют. Также важно, чтобы они имели контроль над инструментом. Например, если хотите, вы можете тестировать только веб-сайты или только Signal.

Однако, если вы не уверены, что именно вы хотите тестировать, вы можете нажать кнопку Run в верхней части приложения и запустить все тесты. 

Что касается тестирования веб-сайтов, то они размещаются на общедоступных ресурсах на GitHub. Причина, по которой они общедоступны, — возможность для сообщества ознакомиться с тестируемыми веб-сайтами и внести свой вклад в их изучение. Это очень важно, потому что выводы о цензуре интересны настолько, насколько интересны сайты, которые тестируются. А люди на местах, местные журналисты и исследователи, по сравнению с нами гораздо лучше понимают, какие сайты уместно и интересно тестировать на предмет потенциальной цензуры. 

Кроме того, у нас есть ещё одна платформа под названием OONI Run, с помощью которой вы можете добавить свой список веб-сайтов и сгенерировать мобильную гиперссылку, с помощью которой проведёте пользовательское тестирование на месте. Вы также можете поделиться этой ссылкой с другими пользователями OONI Probe в вашей стране или по всему миру, чтобы они тоже могли протестировать сайты, которые вас интересуют. 

 

– Сообщество тестировщиков должно быть во всех странах мира?

Мы очень рады, что зондирование проводится буквально в каждой стране мира. Или, по крайней мере, за последние 10 лет оно происходило почти во всех странах мира. В частности, у нас была возможность собрать и опубликовать результаты измерений, проведённых пользователями из 241 страны и территории. И каждый месяц мы получаем результаты измерений из более чем 170 стран. 

Это говорит о том, что существует глобальное сообщество. Но помимо пользователей OONI, есть ещё много людей, которые вносят свой вклад многими другими способами. Например, они помогают переводить наши инструменты и делать их более доступными в своих странах и по всему миру. Члены сообщества помогают улучшить списки веб-сайтов, на которых тестируется биоэнергетический зонд. 

Есть другие исследователи и правозащитники, которые используют данные только как часть своей работы. Например, они применяют данные для исследований или правозащитной деятельности. Мы очень рады, что у нас есть довольно глобальное и разнообразное сообщество с точки зрения навыков.

 

– Почему важно собирать данные о цензуре? И каков следующий шаг после сбора? 

Данные собирать важно потому, что интернет-цензура во всём мире не слишком прозрачна: когда правительства дают указания провайдерам блокировать доступ к веб-сайтам и приложениям, чаще всего списки блокировок не публикуются. Поэтому широкой общественности бывает очень трудно узнать, что и почему было заблокировано, как долго это будет заблокировано, а также можно ли это оспорить.

Существует много форм тонкой цензуры в интернете, когда может быть очень трудно понять, действительно ли что-то намеренно блокируется или оно недоступно по другим причинам. 

Существует очень много причин, по которым услуга может быть недоступна не по причине намеренной цензуры. Например, если сайт размещён на ненадёжном сервере. И в прошлом мы видели больше блокирующих страниц (в основном веб-страниц), которые чётко информировали пользователя, что доступ к сайту намеренно цензурируется по таким-то причинам. Это была более прозрачная форма цензуры. 

Но сейчас, когда большинство сайтов размещаются на HTTPS, мы видим, что для осуществления цензуры применяются различные непрозрачные методы. Поэтому при сбросе соединения пользователю может быть неясно, намеренно ли блокируется этот сайт или по другим сетевым причинам. Поэтому я считаю невероятно важным привлечь интернет-провайдеров и правительства к ответственности и измерять сети, чтобы расследовать происходящее. 

Мы ещё не знаем, насколько сложно заметить блокировку сервисов. Ими пользуются многие люди. Например, если Telegram будет заблокирован в такой стране, как Россия, где, я думаю, есть много пользователей Telegram, вероятно, это не останется незамеченным. Но блокировки других сервисов могут быть не так заметны или не обязательно вызовут столько общественных обсуждений. Так происходит по всему миру.

Я думаю, что тип данных, которые можно получить с помощью такого инструмента, как зонд, дает действительно богатое представление о том, блокируется ли сайт или приложение, и если да, то каким образом. Например, он расскажет вам, что при тестировании в конкретной сети в этой конкретной стране в эту дату и время он был недоступен, потому что была применена конкретная технология Explain. Думаю, что такие данные могут быть очень ценными для журналистов и правозащитников, которые хотят освещать случаи цензуры в мнтернете.

С 2016 года мы являемся активным участником кампании #KeepItOn, которая представляет собой глобальную коалицию правозащитных организаций, борющихся с отключением интернета и некоторыми формами цензуры по всему миру. И мы активно осуществляли сотрудничество со многими правозащитными группами по всему миру предоставляя соответствующие данные для поддержки их правозащитной деятельности. 

Также проводились различные академические исследования с использованием данных.

Можно сказать, что существует множество различных способов использования данных. И в конечном итоге, предоставляя эти данные в режиме реального времени, мы пытаемся поддержать в краткосрочной перспективе быстрое реагирование и борьбу с цензурой во всем мире. Но, архивируя данные в течение длительного периода времени, в долгосрочной перспективе мы хотим создать своего рода архив о том, как выглядит цензура в Интернете по всему миру, для документации и исследований в будущем.

 

– Пытаются ли правительства помешать вашей работе? 

В целом мы видим, что власти оказывают большее давление на правозащитные группы, которые имеют значительное влияние на местном уровне. Мы скорее исследовательская группа. Мы предоставляем инструменты и данные, основанные на измерениях, проводимых в глобальном масштабе. И я думаю, что из-за нашего исследовательского и технического характера, а также глобальной направленности, мы не получали прямого давления со стороны каких-либо правительств. Тем не менее были случаи, когда в некоторых странах пытались заблокировать наши внутренние сервисы. Именно поэтому мы добавили в новое приложение зонда поддержку настроек встроенного прокси-сервера, чтобы, если зонд намеренно или непреднамеренно заблокирован, вы могли обойти блокировку.

Что касается нашего сайта, то в настоящее время он заблокирован в Иране. К сожалению, мы видим всё больше цензуры. И поскольку в таких местах, как правило, бОльшая чувствительность, мы также видим больше измерений, потому что, я полагаю, у людей больше стимулов запустить такой инструмент, как новый зонд, в среде высокого риска. Но в то же время, проведение таких испытаний может быть рискованным: любой, кто следит за вашей интернет-активностью, например, провайдер, правительство или работодатель, сможет увидеть, что вы запустили зонд, поскольку сам по себе его запуск не является скрытым. Точно так же они смогут увидеть все другие программы, которые вы запускаете на своем устройстве.

Конкретный риск трудно назвать, поскольку он зависит от модели угроз, страны и окружающей среды, политической и правовой. Безусловно, лучше всегда консультироваться с местными юристами и другими экспертами в стране. 

Мы приняли множество мер, чтобы обеспечить максимальную безопасность для нашего сообщества. Так, например, мы не собираем IP-адреса, никакой личной информации. Тип информации, которую собирает зонд, — это код страны, чтобы мы знали, что измерение происходит, скажем, в России. Таким образом, мы можем определить конкретную сеть, в которой проводилось тестирование, дату и время измерений, а также данные измерений сети, которые варьируются от теста к тесту.

К сожалению, в последнее время несколько членов сообщества были арестованы в местах повышенной опасности. Но мне неясно, было ли это прямым результатом использования нового зонда или это происходило в более широком контексте их деятельности.

 

– Давайте перейдем к вопросам цензуры в России. Видите ли вы здесь какие-либо особенности?

Прежде всего я должна сказать, что Россия является второй страной в мире, где мы получаем наибольшее количество измерений в глобальном масштабе. Мы очень благодарны сообществу в России, которое на протяжении многих лет предоставляло так много измерений, что позволило нам и многим другим исследователям по всему миру в некоторой степени понять, что такое интернет-цензура в стране. Исходя из анализа любых данных, мы видим, что в прошлом было гораздо больше форм цензуры по сравнению со многими другими странами мира, например, мы видим блокировку многочисленных ЛГБТИК-сайтов, что мы задокументировали в ходе тщательного исследования, опубликованного в сотрудничестве с Citizen Lab и Outright International. Мы также видели блокировку многочисленных сайтов, выражающих политическую критику, и нескольких украинских сайтов. Но также мы видели блокировку российских сайтов в Украине, это было ещё до войны. Кроме того, в России блокируются многочисленные сайты с инструментами обхода. Итак, это некоторые из основных моментов, скажем так, того, что мы наблюдали в России в предыдущие годы, основываясь на любом анализе данных. 

В целом мы видим, что цензура в интернете осуществляется децентрализованно: каждый интернет-провайдер в России сам решает, какие блокировки осуществлять на основании распоряжений правительства. И в результате этого мы наблюдаем большой разброс в том, что блокируется и как блокируется. Разные провайдеры используют разные методы для осуществления цензуры. Некоторые провайдеры используют несколько методов цензуры, что затрудняет обход блокировки. Таким образом, мы наблюдали большое разнообразие в плане того, что и как блокируется в разных сетях в России, что означает, что, возможно, некоторые пользователи в одних сетях будут испытывать больше цензуры, чем другие пользователи и другие сети. 

Ещё одна интересная вещь, которую мы наблюдали в прошлом: в ходе нашего исследования по изучению блокировки веб-сайтов ЛГБТИК+ в России и пяти других странах, мы заметили, что в некоторых сетях при обслуживании страниц блогов вставляют партнёрскую рекламу, что показалось нам довольно интересным, потому что это уже про финансовые стимулы. Нечто похожее мы видели в прошлом в Египте, где вводилась цензура, при которой также вставляли рекламу. 

В феврале прошлого года мы стали наблюдать усиление цензуры в России. С одной стороны, усилилась цензура в СМИ. С другой, мы стали наблюдать блокировку конкретного сайта, созданного представителями Министерства внутренних дел Украины, который делится информацией о пленных и убитых российских солдатах в Украине.

Мы заметили, что Twitter был централизованно заблокирован в России. И это интересно, потому что, как я уже говорила, в основном мы видели, что цензура осуществляется децентрализованно. А дросселирование Twitter, похоже, осуществлялось централизованно, потому что мы видели, что оно началось и закончилось в одно и то же время во всех сетях в России, что, на мой взгляд, интересно и весьма тревожно. 

Затем, начиная с 4 марта 2022 года, мы начинаем наблюдать, что, похоже, от дросселирования Twitter они перешли к блокированию Twitter. И тот же день они также начали блокировать Facebook. А затем, 13 марта, мы начали наблюдать блокировку Instagram. 

Многие интернет-провайдеры использовали множество различных методов цензуры для осуществления блокировки, потенциально делая обход намного сложнее. Например, мы наблюдали множество случаев манипуляции DNS, которые в некоторых случаях перенаправляли на страницы блогов. В течение многих лет мы наблюдали использование HTTP-прозрачных прокси-серверов, которые также обслуживают страницы блогов. 

Так что в целом, судя по данным, мы определенно видим гораздо больше цензуры за последний год по сравнению с предыдущим. И интересно то, что в глобальном масштабе мы наблюдаем корреляцию между усилением цензуры и конфликтами. Например, в Армении и Азербайджане в прошлом году, во время пограничных столкновений в обеих странах, мы наблюдали блокировку Tik Tok, который ранее там не блокировался. Но и в глобальном масштабе, как правило, мы видим новую цензуру или усиление цензуры во время различных политических событий, например, во время выборов.

На протяжении многих лет мы наблюдали блокировку основных платформ соцсетей и шатдауны в дни выборов в африканских странах. В моменты других политических перемен мы также наблюдали усиление цензуры. Например, в Мьянме после военного переворота в феврале 2021 года мы начали наблюдать блокировку Facebook и многих других сервисов, и многие из этих блокировок все ещё действуют.

Так что определенно можно сказать, что цензура часто оказывается политически мотивированной, как и в России. Мы видим, что цензура в интернете используется как политический инструмент по всему миру

 

– Как российское сообщество может внести свой вклад в проект или получить пользу от проекта?

Большое спасибо, что задали этот вопрос. Мы действительно всегда очень рады привлечь больше людей к нашим проектам. И, да, в России уже довольно большое сообщество. И мы очень благодарны за это. Что касается того, как принять участие, то для начала, я думаю, можно просто связаться с нами, чтобы пообщаться и узнать больше о ваших интересах и навыках. Я думаю, это может стать хорошей отправной точкой.

У нас есть только публичные каналы общения, куда любой может присоединиться. Кроме того, на этих каналах мы проводим ежемесячные встречи сообщества — это возможность для членов сообщества задать свои вопросы.

В зависимости от ваших навыков и интересов существует множество различных способов принять участие в работе. Если, например, вы разработчик программного обеспечения, то все наши инструменты бесплатны и имеют открытый исходный код, все они находятся на GitHub. Поэтому любой обзор нашего кода будет очень полезен: чем больше людей смогут просмотреть код и помочь убедиться, что мы делаем всё правильно, тем лучше. Если вы хотите внести свой вклад в код, у нас есть несколько, много проектов программного обеспечения, все они размещены на github.com/rooney.

Если вы хотите, например, предложить конкретную функцию, вы можете ознакомиться с одним из инструментов. Если вы обнаружили ошибку, вы можете сообщить о ней там. 

Если вы хотите просмотреть переводы на русский язык, чтобы убедиться в их точности или помочь в улучшении, или помочь перевести будущий текст, который будет добавлен в эти приложения, вы можете сделать это, подписавшись и присоединившись к сообществу переводчиков. 

Другой способ, которым вы можете внести свой вклад, — это участие в составлении списка веб-сайтов России, который проверяется российскими пользователями. Допустим, есть очень интересные и важные сайты, которые заблокированы, но этих сайтов нет в списке. Это означает, что их не тестируют, а значит, по ним нет никаких данных. Как россияне, вы, вероятно, очень хорошо осведомлены о том, что может быть интересным и важным для тестирования. Это не обязательно должны быть сайты, которые в настоящее время заблокированы. На самом деле эти списки включают множество сайтов, которые в настоящее время не заблокированы, но которые мы хотим отслеживать на случай, если они будут заблокированы в будущем.

Мы также предоставляем набор инструментов для агрегирования измерений, которые называются картами, с помощью которых вы можете создавать собственные графики на основе агрегированных данных. Таким образом, вы можете создавать диаграммы, например, если хотите проверить, какие категории сайтов заблокированы в России или какова цензура в России по сравнению с другими странами. Существует множество различных вопросов, на которые вы можете ответить, основываясь на полученных данных. И вы можете создать свои собственные диаграммы и использовать их как часть вашей общественной деятельности.

Конечно, я думаю, что наиболее важным является также возможность запуска нового зонда для проведения измерений, я думаю, что чем больше у нас будет измерений из как можно большего числа различных сетей за длительный период времени, тем лучше мы сможем исследовать, как цензура осуществляется в стране и как она меняется со временем.

Кроме того, если вы являетесь исследователем или разработчиком программного обеспечения, вы можете внести свой вклад и в составление собственных тестов для зонда Guney

 

– Спасибо. Это невероятно, что есть так много способов участия — от перевода до проведения тестов и исследовательской работы. И последнее, но не менее важное. Каковы ваши пожелания российскому сообществу?

У нас огромная благодарность российскому IT-сообществу. Мы делаем всё возможное, чтобы поддержать российских интернет-пользователей. Самыми разными способами. И мы действительно желаем вам всего наилучшего. И если мы можем как-то помочь, пожалуйста, дайте нам знать.

Большое спасибо вам и всем остальным, кто принимал в этом участие, за очень важную работу, которую вы делаете.

Contacts

For general questions

[email protected]

For legal questions

[email protected]

Contacts for media:

Telegram: moi_fee
Signal: moi_fee.13

18+

On December 23, 2022, the Ministry of Justice included Roskomsvoboda in the register of unregistered public associations performing the functions of a foreign agent. We disagree with this decision and are appealing it in court.